Array ( )
Кинообзоры 7 мая 2018

«Собибор»: тест на человечность

Просторный зал кинотеатра. Воскресное утро. Зрители не отводят глаз от экрана, на котором после затяжной рекламы возникли первые кадры драмы военного времени. В зале – напряженная, полная предчувствий тишина. И чье-то прерывистое дыхание, как во время погони. Так для меня начался просмотр драмы Константина Хабенского «Собибор».
Собибор

Фильмов о Второй мировой войне, нашей Великой Отечественной, создано немало. В разные годы. Фронтовиками, уцелевшими в сражениях и ставших кинематографистами. Их детьми. Режиссерами нового поколения. Как довольно привередливый зритель, скажу: большинство картин, снятых на исходе двадцатого века и позже, у меня вызывают недоверие и отторжение. Смотреть фильмы такого сорта непросто. В них неизбывен налет современности, мешающий слиться с событиями прошлого, ощутить их в полной мере и наверняка. Создатели же «Собибора» сумели разграничить свое собственное время с теми несколькими днями из 1943-го, о которых снят фильм. С первого кадра. С первых слов и до самого финала, раскрывающего суть замысла, многогранность киноповествования.

Собибор

Фабула фильма мне, как и всем собравшимся в синем сумраке зала, была известна заранее. Единственное успешное восстание в лагерях смерти за все годы Второй мировой. Отчаянный советский лейтенант, Александр Печерский, 14 октября 1943 года повел за собой всех узников – и победил. Он дожил в Ростове-на-Дону до 1990 года и оставил воспоминания, по мотивам которых и снят «Собибор». Признаюсь, в какой-то степени я ожидала увидеть нечто вроде патриотического боевика на тему «наши нагнули немцев», но «Собибор» оказался полнейшей неожиданностью – то, что довелось увидеть и пережить, не способен передать ни один трейлер.

Собибор

Уходя от спойлеризма, все же скажу: главного героя в этом фильме нет. То, что некоторые критики уже успели приписать Константину Хабенскому самолюбование и вывод своего персонажа, А. Печерского, на первый план – явное недопонимание. «Собибор» – полифония судеб. Сложная, трагичная, страшная история, в которой все равны. Поэтому сюжет не замыкается на Печерском. Он заметен, иначе быть не может, но его роль вовсе не доминанта, и в этом – художественный и психологический сюрприз картины.

Как история, «Собибор» полон контрастов и противопоставлений. По своей внутренней силе равны два киногероя: советский лейтенант Александр Печерский (К. Хабенский) и обершарфюрер Карл Френцель (К. Ламберт). Два смертельных врага, они то и дело бросают вызов друг другу – несмотря на то, что один – всесилен, а другой – безоружен. Их дуэль, игра со смертью, проверка противника на прочность достигает пика в жуткую ночь, во время пьяного разгула офицерской команды лагеря. Печерский решает испытать судьбу, себя и Френцеля, рискуя жизнью на глазах всего Собибора, и в живых остается чудом. И тут, среди муки ада, Александр понимает, зачем ему дано это испытание, для чего он уцелел – и это не только шанс спасти товарищей по несчастью...

Собибор

Люка (Ф. Янкелль). Девушка, избежавшая газовой камеры – не то, что своевольная красавица Ханна, жена еврея-ювелира (М. Ольшанская), погибшая в Собиборе в первый же день. Люка то и дело, как тень, появляется рядом с Печерским, чтобы внушить ему терпение и покорность. Возвращаясь рядом с ней к жизни после убийственной вакханалии, Александр и понимает, что нечеловеческий ужас – всего лишь плата за внезапную, непрошенную, глубокую любовь. С ней он и вырывается из лагеря, неся свою драгоценность на руках…

Этого побега, невыносимого для гитлеровских палачей, не случилось бы без тайных заговорщиков, доверившихся советскому офицеру. Опыт и дерзость Печерского были нужны как та самая искра, из которой разгорается пламень. Чтобы все состоялось, несколько узников (судьбы, герои, личности!) взяли на себя убийство 12 офицеров из администрации лагеря – обезглавив Собибор, они приблизили цель. Чем все обернулось, каждый может узнать сам (смотреть фильмы надо своими глазами), но самое важное сказано в титрах – после финального кадра. И эти сдержанные документальные строчки поражают не меньше, чем вся смертельная драма: из 400 с лишним узников Собибора, вырвавшихся на волю, войну пережили лишь пятьдесят.

Собибор

Почему, создатели драмы осторожно умалчивают – как и о том, кто служил в лагере смерти пособниками гитлеровцев. Это остается за гранью – во всех смыслах. Но сама адская круговерть Собибора, гибель обреченных, смешение жизни и смерти неизгладима, почти осязаема – благодаря потрясающей работе операторов и режиссера фильма. Несколько дней показаны предельно достоверно благодаря костюмам, деталям, обстановке, воссозданной с почти документальной точностью. И, какой бы безжалостной и кровавой ни была рассказанная история, в ней есть несомненная ценность – правда. Боль, очищающая душу. Скорбь и справедливость. Порыв смотреть финальные кадры стоя. Редко так бывает…

Вера Круглова

комментарии

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!