Интересные места 27 сентября 2018

Усадьба Вороново: пожары, клады и тайны

У усадьбы Вороново, расположенной на территории Новой Москвы, насыщенное и бурное историческое прошлое. Первые ее владельцы – Волынские, - это потомки Дмитрия Боброка-Волынца, шурина князя Димитрия Донского и глава засадного полка, решившего исход битвы на Куликовом поле. Насчет того, когда и каким образом Волынские стали Воронцовыми, единого мнения нет, но исследователи полагают, что это в связи с тем, что первый известный по летописям владелец Воронова -  Александр Иванович Волынский, придворный Ивана III, прозванный то ли Вороном, то ли Вороным (будучи, по всей видимости, жгучим брюнетом). Впрочем, есть идея, что название усадьбы связано с речкой Вороновка, протекающей неподалеку.

Последний Волынский, владевший усадьбой – исключительный неудачник Артемий Петрович, который терпел фиаско за фиаско на службе Петра Первого, Екатерины Первой и Петра Второго, и, чуть приподнявшись в период  правления Анны Иоанновны, попытался побороться иностранщиной при дворе и был жестоко казнен в 1740-м по обвинению в антибироновском заговоре.

Вороново было конфисковано, но два года спустя императрица Елизавета милостиво вернула имение наследникам. Дочка Артемия Павловича, Мария, вступила в брак с небезызвестным графом Иваном Воронцовым сенатором и президентом Вотчинной коллегии, благодаря которому в Воронцове начался настоящий  ренессанс. Талантливый управленец превратил банальную усадьбу в дворцово-парковый шедевр, гостить в котором не гнушалась сама Екатерина Великая.

Во времена Воронцова известный зодчий Карл Бланк возвел каменную церковь с приделами великомученика Артемия и преподобной Марии Египетской. 

После смерти отца Вороново унаследовал сын - Артемий Иванович, который, женившись на Квашниной-Самариной (родственнице Марии Ганнибал), стал  крестным отцом новорожденного Александра Сергеевича Пушкина. Артемию Ивановичу усадьба «обязана» трёхэтажным домом-дворцом с двумя боковыми флигелями и прекрасной разноуровневой системой прудов. Увы, хозяйственные хлопоты истощили материальные ресурсы, и Артемий Воронцов был вынужден продать родовое гнездо.

Хозяином Воронцова становится Фёдор Ростопчин – неоднозначная фигура и московский губернатор, который, превратив свою новую усадьбу в образчик сказочной роскоши и великолепия, - безжалостно сжег ее при приближении наполеоновских войск. Этот нероновский поступок был снабжен комментарием автора – листком, прибитым к двери храма Спаса Нерукотворного: «Восемь лет украшал я это село, в котором наслаждался счастием среди моей семьи. При вашем приближении обыватели, в числе 1720, покидают свои жилища, а я предаю огню дом свой, чтобы он не был осквернён вашим присутствием.... Здесь найдёте вы только пепел».

Вызывающее послание и отсутствие иных подходящих помещений сподвигло захватчиков изощренным образом осквернить церковь, разместив в ней лошадей. (Примечательно, что даже советская власть до такого не опустилась - храм даже не закрывался)

Примечательно, что на пожарище был обнаружен в самом деле только пепел, а ведь в росторпчинском дворце располагалась огромнейшая коллекция ценностей – картин, скульптур, гобеленов, книг... куда все это делось? Очевидцы утверждали, что владелец покидал устроенное им пепелище налегке. Ценности Воронцова не разу не всплывали ни на аукционах, ни в частных коллекциях, что породило версию о том, что граф припрятал свои ценности где-то в усадьбе. В пользу того, что сокровища Воронова до сих пор где-то здесь, говорит тот факт, что Ростопчин никак не мог его изъять: многие считали его виновником пожара Москвы и не преминули бы потребовать компенсации за свое собственное погибшее имущество. В 1980-х годах при проведении ремонта и реставрации неподалеку от дворца под землей  обнаружился подземный тоннель, но пройти по нему удалось лишь несколько метров, а дальше – завал. Тоннель засыпали, так что там ли ценности Ростопчина или нет – тайна великая. Дворец был восстановлен, но уже без былой помпы и великолепия.

В 1870-х Вороново купили по очереди граф Александр Шереметьев, а потом его брат – Сергей, известный историк, который передал усадьбу в приданное дочери Анне, ставшей графиней Сабуровой. Горька участь последних хозяев Воронова: после революции граф  был расстрелян, сыновья сгинули в сталинских лагерях а графиня за работу в христианских организациях (кружка курсисток, студенческого союза, общества «Семейный очаг») попала в тюрьму. По ходатайству Московского Политического Красного Креста была освобождена, но не надолго: потом арест, три года ссылки с заменой на ограничение проживания в Москве. Проживала в Калуге, потом была выслана три года во Владимир. Скончалась в 1949 году.

В настоящее время на более чем 200 гектарах бывшего княжеского поместья расположен элитный санаторий Минэкономразвития, и попасть на территорию можно лишь в составе экскурсии – или же купив путевку. Сохранились восстановленный дворец, угловая башня конного двора, каретный сарай и эффектный голландский домик работы Бланка – типичное для середины XVIII в. парковое сооружение. Аналогичное сохранилось в Кускове (бывшей подмосковной усадьбе Шереметевых), но отделка фасада вороновского голландского домика куда более нарядна, в современном виде. Дворец был возведен по проекту знаменитого архитектора Львова, но от первоначального здания остался лишь фундамент, на котором возвели новодел уже в 1980-е. Внутрь заходить смысла нет – внутренние интерьеры не сохранились. Куда интереснее побродить по парку.

Парк с вековыми деревьями до сих пор сохранил следы неустанного попечения самых мастеровитых садовников своего времени – над ним работали Эйзербек, Неймарк и Шох, авторы паркового королевства Дессау-Вёрлиц. В парке масса интересного, в т.ч. курган, в котором, по преданию, упокоился любимый конь Ростопчина, страстного коневода. Если будет время, обязательно посетите вороновскую картинную галерею , где можно лицезреть настоящие редкости, в т.ч. портрет улыбающегося Пушкина и скульптуру космонавта с цветком.

Тарасенкова Анна

 

27 сентября 2018 / Вокруг Москвы
комментарии

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!