Интересные места 24 октября 2018

На графских развалинах

Сюда редко заезжают гости – разве что киношники да доморощенные «шаманы», рыщущие по округе в поисках «мест силы». В усадьбе Никольское-Обольяниново нет ни платной рыбалки, ни мест для пикников, да и самой усадьбы, строго говоря, нет. Только графские развалины да остатки некогда великолепного парка.

Но все-таки есть в этом грустная, туманная и непередаваемая красота. Паркуйтесь где-нибудь на обочине, натягивайте высокие ботинки или сапоги – и доброго пожаловать в историю. Благо, что ни сторожей, ни КПП, ни высоких оград здесь нет.

Цветы, собаки, зимние сады

Один из первых владельцев усадьбы – генерал-прокурор Петр Обольянинов, был крут нравом, писать едва-едва умел,  не переваривал западного духа. Возможно, поэтому в отличие от соседки-аристократки, усадьбы Апраксиных (Ольгово), Обольяниново даже до сих пор выглядит проще, внушительнее и осанистее.

Впрочем, невзрачные, полуразвалившиеся дуги, проходящие по обеим сторонам главного дома, - это некогда легендарные обольяниновские зимние сады. Только представьте себе, как это выглядело – розы, пальмы, лимоны и олеандры за стеклами, расписанными ледяными лилиями. Крестьянам, мерзнущим снаружи, эти диковинки, возможно, служили напоминанием о потерянном рае.

Генерал-прокурор так любил цветы, что никому и притронуться к ним не позволял. Мальчик, нарвавший букет в генеральской усадьбе, по настоянию хозяина съел его – весь, до последнего лепесточка. (Но будем справедливы: иные баре за такие художества запарывали до смерти).

Супруги отличались отменным собаколюбием. Потомства у них не было, и они всю свою любовь сосредоточили на многочисленных питомцах. По воспоминаниям современников, генерал-прокурор самолично выгуливал всю псарню, а чтобы стать завсегдатаем усадьбы, всего-навсего надо было выдать комплимент-другой четвероногой красотке. (А прогнать таковую с колен означало изгнание без права обжалования).

Парк, в котором некогда нагуливали вдохновение Василий Пушкин и поэт Вяземский,  был одним из превосходнейших парков Подмосковья. Сейчас разве что парковеды разглядят, в чем это проявлялось, а неискушенный взгляд видит лишь два очевидных пруда (Чистый и Грязный) и некоторые намеки на некогда существовавшие ротонды.

Толстой, Менделеев, земства и благотворительность

После кончины супругов Обольяниновых имение досталось племяннику, участнику Бородинской битвы, Михаилу, женатому на княжне  Горчаковой (сестре того самого Горчакова, канцлера и однокашника Александра Сергеевича по Лицею).

Анна, их дочь, стала супругой графа Адама Олсуфьева, который заботился не только о собственном имении, но и  о лесе, и о людях. Так, по сей день в поселке Подъячево сохранились здания построенных графом школы и больницы (состоящей, между прочим, из нескольких корпусов, некоторые из которых используются до сих пор).

У Олсуфьевых гостили бомонд и ученая интеллигенция – Ге, Нерадовский, Толстой. Последний проживал в соседях Олсуфьевых в Хамовниках (что до сих пор следует их московской карты), и радушные соседи создавали ему все условия для работы (тут писались «Воскресение» и «Смерть Ивана Ильича»). Дмитрий Менделеев и его коллеги по Русскому физико-химическому обществу выбрали усадьбу (которая расположена на высочайшей точке Московской области, более 220 м над уровнем моря) для наблюдений за солнечным затмением 1887 года. Здесь состоялся знаменитый исследовательский полет на воздушном шаре (традиция воздухоплавания сохраняется в Дмитровском районе до сих пор).

Предпоследний Олсуфьев, Михаил, прославился тем, что в 1860-х одним их первых роздал земли крестьянам, не потребовав ни копейки взамен, а 1906-м вообще отдал людям все, оставшись при доме да праве рубить дрова в собственном лесу. Золотой был человек. Когда он скончался (а это было уже после революции, в 1918-м), то люди несли его гроб на руках из Дмитрова до усадьбы, чтобы упокоить благодетеля рядом с его предками. Для справки: это 25 км.

Из графьев в пролетарии

Как случилось, что графская усадьба стала называться именем бывшего крепостного Олсуфьевых? Да очень просто.

Пролетарский самородок Семён Подъячев был открыт еще до революции, открыл его Короленко, который печатал его в своем  альманахе «Русское богатство». Любил Подъячева и  Горький, считая его «правдивым и бесстрашным» «другом людей».

Теперь это может показаться невероятным, но в 1911-1914 гг. были выпущено 6 (шесть!) томов Подъячева, в 1916-м он стал во главе Союза Крестьянских писателей, в 1918 г. вступил в ВКП(б), администрировал наробраз и партячейку – этого, как выяснилось, достаточно для того, чтобы увековечить его имя. И в 1934-м графская усадьба стала носить имя почившего пролетарского бытописателя.

И кто сейчас помнит это имя, имя писателя, которого, по мнению Горького, надо было читать «вдумчиво и много».

Строго между нами – даже местные, даже дмитровчане свято верят, что дмитровская ул. Подъячева на самом-то деле Подъячево, и называется так потому, что по ней раньше, до строительства Канала, можно было доехать до соответствующего поселения.

Развалины-новодел

А теперь – самый большой секрет усадьбы.

Это вообще не она. Та самая, благородная усадьба Никольское-Обольяниново, была построена из дерева, покрытого штукатуркой, а если совершить святотатство и сковырнуть кусочек стены, то видно, что под штукатуркой – неуместные кирпич и бетон.

Это результат «реконструкции» 1990-х, когда усадьбу, выстоявшую под всеми ударами смутных времен, снесли, чтобы возвести на ее фундаменте министерский дом отдыха. Чуть позже усадьба была передана в долгосрочную аренду: здесь предполагалось возвести то ли шахматный санаторий, то ли шахматный туристский комплекс (арендатором был фонд  К. Илюмжинова). Не вышло из Никольского клуба четырех коней.

Теперь собственник усадьбы - Московская область, и, коль скоро есть задачи и понасущнее, тут царят развалины, борщевик и бурьян. Впрочем, периодически энтузиасты проводят субботники, пытаясь навести тут порядок.

Чтобы не огорчаться совсем, можно пройти чуть в сторонку, к Никольскому храму. Этот ровесник усадьбы (возможно, он покажется вам знакомым, на его фоне снимали картину «Гусарская баллада»), будучи переданным в 2001 г. в виде развалин местной общине отстроен заново.  Без денег, без помощи государства, без особых сторонних вливаний, и всего-навсего за 15 лет. Совместными усилиями восстановили и само здание, и историческое по-своему уникальную систему печного отопления, и пристройки, воссоздали по фотографиям древний алтарь – и отстроили просторную трапезную, где после литургии теперь можно попить чаю с плюшками.

Приезжайте! После получаса прогулки по туманным графским развалинам нельзя не обрести правильный взгляд на себя, на мир и на собственную жизнь, а также о том, что действительно важно и нужно любому.

Дарья Ефимова

 

24 октября 2018 / Вокруг Москвы
комментарии

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!